Эпопея с Химкинским лесом началась в далёком 2004 году, когда Минтранс принял решение о строительстве скоростной платной автомагистрали Москва — Санкт-Петербург вдобавок к уже существующей «Ленинградке». И тянется она уже шесть лет.

Если говорить о самых крупных проявлениях конфликта за всё это время — это, пожалуй, избиение Михаила Бекетова, редактора «Химкинской правды», в 2008 (впрочем, говорят, выступал он против вырубки леса не под трассу, а под строительство откуда-то взявшихся там элитных посёлков).

Но сильнее всего ситуация начала накаляться после 4 февраля 2010, когда председатель правления госкомпании «Автодор» Сергей Костин сообщил на пресс-конференции, что первый участок платной автодороги Москва — Санкт-Петербург пройдёт через Химкинский лес. Защитники леса подняли шум, подали в Верховный суд — и 27 апреля он признал вырубку леса законной, передав территории леса из лесного фонда в транспортный. После этого просьба о защите Химкинского леса поступила в Страсбургский суд. Впрочем, это уже вряд ли на что-то повлияет.

Вырубка Химкинского леса для прокладки трассы Москва— Санкт-Петербург началась 15 июля. Тогда же начались акции лесозащитников с бросанием себя под колёса техники и т. п. 26 июля в интервью «Вестям» и. о. гендиректора ФГУ «Дороги России» Андрей Журавлёв сказал, что аналогичные работы в таких же защитных лесах Московской области проводятся, и не в одном месте — однако защиты эти леса почему-то не получают; более того — ранее в тех же «Вестях» было заявлено, что ущерб от вырубки деревьев будет возмещён природе Подмосковья.

Через 2 дня случилось небезызвестное нападение на администрацию Химок, после которого были «оперативно» задержаны почему-то мирно митингующие в лесу, а не толпа хулиганов.

10 августа в «Комсомолке» публикуют материал, рассказывающий, почему альтернативные пути были отвергнуты и как собираются защищать остатки леса. А 11 августа в «Правде» появляется расследование, рассказывающее о том, о чём экологи на своём сайте молчат: об уже существующих в лесоохранной зоне посёлках, о размере которых можно судить, взглянув на приложенные карты, и о неэкологической карьере лесозашитницы Чириковой. После всего этого складывается вполне ладная картинка: становится в принципе понятно, почему отстаивают именно Химкинский лес, чего хотят добиться и что случилось с Бекетовым. Допускаю, что теория может быть неверной. И всё же она даёт единственную убедительную интерпретацию слишком уж рьяных действий организаторов защиты именно Химкинского леса.

Ну а в последние дни акции переросли совсем уж в клоунаду: 21-го «Наши» бросились демонстративно чистить лес от мусора, 22-го Шевчук вышел на Пушкинскую площадь петь без микрофона.

Вот, значит, как обстоят дела. И что я теперь хочу сказать, резюмируя всё написанное выше.

Утверждать, что разницы нет, будет ли лес вырублен под богатых домовладельцев или под строительство платной дороги, вряд ли правильно — всё-таки наши олигархи не выделяют столько вредных газов, сколько машины на шоссе. Но одновременно с этим есть объективная данность: разросшийся мегаполис по имени Москва, задыхающееся шоссе и коммерческие потребности застройщиков, в которые входит «платность» будущей дороги и потребность в наличии отелей, магазинов и т. п. вдоль неё. Это называется рыночными отношениями и капитализмом. И раз уж мы к этому пришли, раз уж мы к этому пришли в России — нужно не перенимать «европейские методы», которые, при наших морозах да жаре, бог знает, действенны ли. И с тем же Химкинским лесом — бороться надо не за давно не работающую защитную лесополосу Москвы, а за то, чтобы был посажен и выращен новый лес, уже в безопасном месте. А этот лес уж если и защищать, то от всех: от застройщиков, от браконьеров, от пожаров.

Настасья Трофимова,
«Полит-грамота»