Около шести часов вечера 31 августа вся небольшая площадь перед входом на станцию метро «Гостиный двор» уже забита — пришедшие на митинг и любопытные достаточно плотно стоят уже в метре от входных дверей, ведущих в метрополитен. Ближе к центру толпы количество людей только растет, вырастая в трудно проходимый лабиринт, ведущий прямо к агитатору, которого кольцом обступили активисты и фотографы. Вдоль обочины дороги рядом с происходящим стоят в ряд разнообразные милицейские машины, в числе которых и несколько печально известных «пазов» — позже их будут битком набивать митингующими.

Но сейчас все только начинается: агитатор декларирует длинные речи о том, почему надо соблюдать и защищать Конституцию и, в частности, ставшую знаменитой 31 статью, в которой записано право граждан на мирные собрания. Тем временем один из милиционеров, тоже в мегафон, вежливо убеждает митингующих разойтись, напоминая, что митинг не санкционирован и что собрание проходит в «не предназначенном для этого месте». В ответ из толпы слышны только подхваченные агитатором лозунги и злобные выкрики, апеллирующие к той самой 31 статье Конституции. Активисты заостряют внимание на том, что собрание мирное, а значит, законное. Надо заметить, что в этот раз правоохранительные органы действуют гораздо деликатнее, чем раньше: милиционер с мегафоном в своих призывах настойчив, но не требователен; наверняка в тот момент многие из силовиков помнят о деле «жемчужного прапора».

Пока между милицией и демонстрантами идет «диалог», по краям толпы, в колонне по двое, выстраивается отряд в черной броне и шлемах с тонированными забралами. На этот раз дубинки висят у сотрудников ОМОНа на поясе, и они их так и не применят. Перед ними без спецзащиты стоит командир, который общается по рации, видимо, с начальством. По устройству ему передают приказ, и он громко командует отряду: «Фас!», после чего омоновцы срываются с места и врезаются прямо в центр собравшихся, сметая центр толпы, где находились активисты, выкрикивавшие лозунги в защиту собраний. Сначала толпа, кажется, буквально рассечена пополам, но она быстро «обтекает» образовавшуюся потасовку, в которой омоновцы руками пытаются затащить отчаянно сопротивляющихся граждан в автобус. Со стороны протестующих в адрес милиционеров доносятся многочисленные злобные выпады. Когда омоновцы заканчивают, они слаженно, по образовавшемуся в толпе коридору, отходят на исходную позицию. С обеих сторон их призывают «быть мужиками» — обнажить лица и показать погоны.
Между тем один из активистов с мегафоном забирается на билетный киоск и начинает призывать толпу к действиям — центр демонстрации перемещается к нему. Сотрудникам в спецзащите просто не забраться на крышу киоска, и сначала они в бессилии оцепляют киоск, включив в своих мегафонах громкие звуки сирены. Видя, как милиционеры, приспособив тележку с мороженым под импровизированную лестницу, медленно лезут наверх, человек с мегафоном истошно орет: «Россия будет нашей!», и люди быстро подхватывают этот бесхитростный лозунг; наконец человека стаскивают с крыши. Видя, как омоновцу на крыше, подав руку, помогает его коллега, кто-то из толпы кричит: «Как баба слезает!»
Одного агитатора постоянно сменяет другой, но спустя полчаса борьбы с сотрудниками ОМОНа в броне, которые каждые пятнадцать минут «навещают» толпу, фразы про защиту 31 статью Конституции сменяются агрессивными лозунгами в адрес милиции: «Помни о Приморье!» и «Уберем всех хорьков!» — кричат протестующие. Милиционеры в обычной форме, которые только наблюдают за активными действиями своих коллег, стараются не обращать внимание на происходящее и даже, кажется, чему-то радуются; заметно, как милиционеры в очередном подъехавшем поближе «пазике», переговариваясь, смеются.

По прошествии примерно часа после начала в толпе появляются молчаливые люди, которые пришли агитировать не только за свободу собраний — на листовках, которые они держали в руках, можно было прочитать лозунги типа «Путин, уходи», «Два полпетуха на троне, миллион воров в законе» или «Россия потеряла тот разбег, что придал ей Сталин». Но даже когда от остановки отъезжает уже пятый «пазик» с задержанными и активистов почти не осталось, люди продолжают стоять, и их немногим меньше, чем в начале. Не выдержав такой стойкости, милиционер с мегафоном чуть ли не просит людей разойтись. Когда увещевания не помогают, сотрудники правопорядка перекрывают вход и выход на станцию метро «Гостиный двор», но и после того люди еще какое-то время не покидают маленькую, но вместительную площадь.

Федор Рахманов,
«Полит-грамота»,
фото Екатерины Львовой