Кинематограф слишком редко пересекается с театром. Но иногда хорошие режиссеры вспоминают о театре и тогда появляются «Догвилль» или «Интервью». Полку прибыло — Полански снял театральную пьесу. Хорошая мудрая пьеса — не нужно смены декораций, массовки и спецэффектов. Я соскучился по умному кино. Полански скуку развеял. Заодно немного прошелся по политкорректности и либералам…

Именно в театральной ограниченности заключается всё обаяние новой картины Поланского. Кинематограф за последние годы приучил нас к таким эффектам и технологиям, что зрители забыли, что такое режиссура, актерское мастерство, драматургия. Полански напоминает. И среди всех этих блокбастеров даёт время передохнуть, подумать о себе, даже исправиться. Это то, ради чего мы и обращаемся к искусству. «Резня» — безусловно, произведение искусства.

Режиссура. Мастер-класс от Поланского — как выстраивать отношения героев, как вести сюжетную линию, как располагать в тесном пространстве 4-х геров, как не терять внимание зрителя, как переходить от кульминации к кульминации. Главное: Полански тихо и спокойно подводит зрителя к самой важной своей мысли — не быть похожими на героев. Зрителю должно быть страшно угадать себя в ком-то из четырех персонажей.

Казалось бы — тема лежит на поверхности, мы частенько замечаем вокруг себя злых людей, сами злимся, но почему-то тема не звучит. Полански разрывает тишину и заводит с нами разговор. Подносит нам зеркало и показывает: «самых главных боссов», у которых вся жизнь в айфончиках; якобы счастливые семьи, в которых люди не могут терпеть друг друга; гуманистов-либералов; окультуренных дам, гордящихся своим окультуриванием; циников-коммерсантов, рабочий день которых состоит из написания тупых и лживых пресс-релизов; подкаблучников, которые могут действовать только в отношении хомячков…

Я узнал. Себя узнал. В образе Фостер. Это выгодная позиция — быть гуманным, толерантным, понимающим и прощающим. Выгодная и хорошая. Меня с этой позиции не свернёшь. Вот только пафоса должно быть поменьше. И побольше реальности. Всегда легче говорить о несчастных стариках, чем помогать им. Полански показал мне, как со стороны может выглядеть забота о нравственности и гуманности. А если копнуть — не появятся ли нарывы? Не должны появиться. Иначе весь гуманизм можно спокойно смешать с яблочным пирогом. Иначе это не либералы, а «либерасты». Важно: герои — никакие не шизофреники. Они обычные, такие же, как мы. Важно это понять, а не отгородиться от них.

Актёрское мастерство. Жалко наблюдать сегодняшних актёров. Им часто достаются роли, которые не требует от них никакого мастерства. Они просто ходят, говорят — и их жалко. Но недаром еще есть театр, в котором актерам есть, где развернуться. «Резня» дарит потрясающие роли Уинслет и Фостер. Им нужно в одном фильме показать, какие их герои надевают маски и какие они на самом деле. Все четыре актера солируют, и я не успеваю отойти от восхищения после ужимок Уинслет, как тут же Фостер с потрясающей патетикой говорит о своей гуманности. Вы давно испытывали наслаждение от таких актерских работ?

Собака лает на фоне. Хомяк перепуганный, но живой. Дети давно помирились. Телефон заработал. Ничего не поменялось. Только появился прекрасный фильм. Благодаря которому мы с вами можем стать лучше.

Егор Королёв,
«Полит-грамота»