В связи с происходящей на наших глазах самоликвидацией СПС и включением ее руководства в организацию прокремлевского либерального проекта, вновь обострилась публичная полемика вокруг проблемы выбора пути, наиболее оптимального для политически активных либералов и демократов в современной России. Сторонники того пути, по которому пошло руководство СПС во главе с Леонидом Гозманом, возражая своим многочисленным оппонентам, заявляют, что наиболее оптимальным является как раз путь договоренностей с Кремлем…

Поскольку без санкции последнего невозможно эффективное участие в легальной политической борьбе, в частности, представительство в органах исполнительной и законодательной власти и продвижение через своих представителей в них своих позитивных идей и предложений, донесение своей позиции до избирателей через ведущие СМИ и тому подобное, а возможны только уличные протестные выступления, которые в настоящее время не слишком многочисленны и практически ни на что не влияют. И вряд ли безрезультатная беготня с мегафоном по улицам — самый эффективный способ работы для тех людей, профессионализм которых достаточен для того, чтобы принимать участие в формировании и реализации государственной политики в тех или иных сферах. Такие люди гораздо больше пользы принесут для демократического движения, используя возможности конструктивного диалога с властью.

Что же касается соображений о том, что таким образом либералы будут укреплять своей поддержкой авторитарный режим, который наносит стране огромный вред, то их опровергают тем, что, как показывает исторический опыт, идейные противники авторитарной системы, работающие в ее рамках и пытающиеся расшатать ее устои изнутри, играют в ее демонтаже не менее существенную роль, чем открытые борцы с диктатурой. Более того, свержение диктатуры чаще происходит при активном взаимодействии наиболее адекватных представителей действующей власти и ее открытых оппонентов, в частности, именно так был свергнут коммунистический режим в России. Поэтому, говорить о том, что наличие адекватных, демократически мыслящих людей во власти идет исключительно во вред, нельзя.

В принципе, нельзя утверждать, что аргументация эта лишена логики. Тем не менее, у нее, на мой взгляд, есть весьма существенный изъян. Который заключается в том, конформистов, в отличие от нонконформистов, всегда хватает. В том числе и либерально мыслящих. Ведь политическим конформистом быть, разумеется, легче, чем принципиальным оппозиционером, когда в стране — усугубляющийся авторитаризм, когда за открыто выраженное несогласие с властью вполне можно подвергнуться полицейскому нажиму, в общем, когда участие в открытой оппозиции сопряжено со значительными рисками, на которые далеко не каждый, для кого политика власти неприемлема, способен пойти. И в том, что итак людей, которые не согласны с антидемократической политикой нынешней власти, но которые, тем не менее, не решились вступить на путь открытой борьбы с режимом и предпочли те самые попытки «изменить систему изнутри» — в России множество — практически можно не сомневаться. Как показывает практика, даже в разгоняющей оппозиционные акции милиции можно найти вполне адекватных людей, которые, если бы не приказ, никого разгонять бы не стали, а, наоборот, приняли бы участие.

И вот в этой ситуации, когда никакого, на самом деле, пополнения лагерю либеральных конформистов не требуется, и он и так априори многократно превосходит лагерь либеральной оппозиции, вся эта риторика про героическое переступление через себя, про мучительный выбор в пользу договоренностей с властью ради сохранения присутствия либералов в легальном политическом поле представляется довольно забавной. Можно подумать, что кроме нынешних активистов СПС, уж совершенно некому участвовать в этом диалоге с Кремлем, совершенно некому строить прокремлевские либеральные проекты, некому отстаивать в дозволенном Кремлем объеме либеральные идеи в теле-дискуссиях, заседать под ярлыком «либералы» (в случае, если власти сие потребуется) в парламентах…

Еще как есть кому! Иначе откуда берутся все эти «Гражданские силы» и ДПРы, откуда Бовт с Титовым выплыли, и почему в новом проекте СПС только третью, в лучшем случае, часть от общего пирога обещают, а не весь пирог целиком? Откуда «либеральные» министры в правительстве, в конце концов?

То ли дело в лагере антисистемной оппозиции, где, буквально, каждый активист на счету. И тем более — каждый политический профессионал (а профессионализм здесь нужен никак не менее, чем во внутрисистемном лагере, поскольку, для того, чтобы, вопреки всем «но» — и пассивности народа, и репрессивной активности власти, и раздробленности и постоянным межорганизационным конфликтам, и дефициту финансирования — поступательно развивать открытое сопротивление системе — нужны очень большие в том числе и интеллектуальные, и организационные усилия, без приложения которых, собственно, только безрезультатная малочисленная беготня по улицам с флагами и получается). А ведь без сильной антисистемной оппозиции, без серьезного давления на систему извне, только изнутри расшатать нынешний режим явно не получится. Никакой способности к активному самореформированию в нем не просматривается. Для того, чтобы от этой власти добиться реформ, ее надо не уговаривать (сколько можно уже?), ее надо заставить отказаться от своего нынешнего, убийственного для страны, курса и пойти на реформы. И заставить ее можно только через сильное уличное протестное движение, через организацию активного общественного давления на нее. Так что уж где действительно нужно сейчас пополнение, так в лагере антисистемной оппозиции, особенно — его либеральной части, которая сейчас, к сожалению, существенно слабее левой, и переживает кризис, из которого, впрочем, активно пытается выбраться через создание объединенного демократического движения (где помощь СПС, опять же, была бы весьма кстати).

И вот тем людям, которые, если их публичные заявления почитать, чуть ли невыносимые моральные мучения испытывают, скрепя сердце, собираясь поступить на службу к тем, кого они еще недавно подвергали жесткой критике — стоило бы, на мой взгляд, задуматься, так ли уж они нужны там, куда они так хотят попасть, даже ценой отказа от собственных принципов. Нужны хотя бы с чисто политической точки зрения. Я уж не говорю о таких банальностях, как, например, судьба партии «Родина», которой тоже что-то в рамках кремлевского проекта «Справедливая Россия» обещали, ну и где сегодня эти обещания и те, кому они давались? Или как соображения насчет того, что, раз и без СПСовцев у Кремля своих «либералов» хватает, то роль СПСовцев, скорее, всего, сведется к тому, чтобы придать новому проекту Кремля более солидный имидж, сделать этот марионеточный проект формальным преемником демократического движения 90-х. После чего использованных СПСовцев попросят на выход, ведь у власти имеются гораздо более проверенные с точки зрения лояльности люди, а неблагонадежные ей ни к чему.

И может, чем проявлять политическое самопожертвование, героически переступая на глазах у всех через собственные принципы ради очередного выгодного предложения из Кремля, лучше все-таки проявлять его, продолжая, несмотря на все трудности, за эти принципы бороться? Вместо того, чтобы умножать и без того многочисленную армию конформистов и приспособленцев, да еще и подводить под это идейно-политическую базу, своей демонстративной капитуляцией оказывая деморализующее воздействие на тех немногих, кто намерен вести с авторитарной системой открытую борьбу, вместо того, чтобы покорно соглашаться на дозволенное властью.

Я понимаю, конечно, что с подобными словами бесполезно обращаться к тем, кто продал свою партию за какие-нибудь нанотехнологии и прочие преференции, но ведь не они одни же поддержали последние решения федерального политсовета СПС.

Дмитрий Избицкий,
специально для Полит-грамоты