Глава московской милиции Владимир Пронин деликатно постучал в массивную дверь с табличкой «Интэко». Генерал-полковник Пронин с самого первого своего визита к московскому мэру не уставал удивляться этой странной табличке. У всех чиновников на двери были написаны ФИО и должность, а у Лужкова — «Интеко».

— И чего у него эта интека на двери висит? Ума не приложу…

— Здравствуйте, Владимир Васильевич, — укоризненно поприветствовал генерал-полковника Юрий Лужков, показавшись из-за огромного улья, стоящего в углу кабинета.

— Ой, здрасьте, Юрь Михалыч, не думал, что вы здесь! — Пронин смутился.

— Здравствуйте, здравствуйте. Как это вы, удивительно, не думали — у меня в кабинете и меня нету… А «интека», как вы изволили выразиться, — Лужков вытер мёд с пальцев о кепку, — одна из крупнейших столичных налогоплательщиц… Понял?

— Понял, — согласился Пронин, хотя абсолютно не уловил взаимосвязи. — Да только Елена Николаевна не очень и крупная! Ха-ха-ха! — начальник ГОВД громогласно рассмеялся, но быстро осёкся, заметив, что руководству шутка не слишком понравилась. Руководство заметно обиделось и даже насупилось.

— Пронин, ты вообще чего пришел?

— Я, Юрь Михалыч, про Марш пришёл доложить. Шаго-ом арш! Всё прошло удачно.

— И в чём удача, Володенька? — едко осведомился градоначальник. — В том, что вы заставили всю Тверскую машинами военными? Только девчонкам работать помешали…

— Юрь Михалыч, — генерал тоже обиделся и тоже насупился, — удача в том, что мы сделали всё точно по вашему плану. Я лично 5 тысяч своих людей туда отправил! Как вы и просили.

— Вова, ты тупой или издеваешься? Я тебя, дурака, о чём просил? Чтобы ты Тяньаньмэнь на Триумфальной устроил, что ли? Я тебя просил подогнать на Марш несколько тысчонок участников, чтобы всё внушительнее смотрелось. А ты? Подогнал пять тысяч вояк своих при полном параде. Дурак!

Лужков к концу тирады так завёлся, что даже сплюнул от злости. Прямо в улей. Пчелы обиженно загудели.

— Ну вы, Юрь Михалыч, поточнее бы ставили задачу, что ли… А то вас не поймёшь, мы их полтора года разгоняли-разгоняли, а тут — бац, участников подавай. Я-то откуда знать должен?

— Ты, Володя Васильевич, начальник милиции, между прочим. Должен всё понимать. Причём ещё до того, как я сам это подумаю и пойму.

— Есть! — принял приказ генерал-полковник.

— Есть нечего, — Юрий Михайлович огляделся по сторонам и расстроился. — Может, медку?

— Никак нет! — отрапортовал генерал-полковник. — Не могу медку, печень болит.

— Пить надо меньше, — посоветовал Лужков.

— Есть!

— Ну и есть тоже, — согласился мэр. — Короче, Володя. Слушай расклад.

— В карты будем играть? — генерал-полковник Пронин расцвел.

— Будем, но потом. А пока слушай: я, как ты знаешь, выступаю против кровавого режима Дмитрия Медведева, — с мощного затылка Владимира Пронина опала наземь кепка. Он не знал. — Ибо режим этот плохой. Ибо выборов губернаторских у него нету. Нету выборов — надо революцию устраивать, я считаю. И нечего рот раскрывать — от мёда ты уже отказался. На чужой разевай каравай не раскрывай, а раскрывай лучше дела уголовные. Так вот. Марш я оплачивать больше не буду — жадно мне. Попробовал разок — никакого толку. Я Лимонова проспонсировал, а он? Пришёл туда, и его через минуту твои бойцы скрутили. Какое-то нецелевое расходование финансов получилось. Не, это не путь к свержению злого Медведа. Несогласные с задачей оппозиционирования не справляются: на Марш этот несчастный пришло 100 человек, из которых 96 — журналисты, остальные четверо — работники канала ТВЦ. Журналистами их назвать язык не поворачивается. А раз несогласные не справляются, нужен новый креатив.

— А это ещё кто? — изумился своей неосведомлённости начальник московской милиции, совершенно запутавшийся в хитросплетениях речи Юрия Михайловича.

— Конь в пальто. Нужен креатив на тему свержения кровавого режима Медведева и воцарения меня. С ветеранами это ты хорошо придумал, придумай ещё что-нибудь. А то Маршей скоро будет недостаточно. Понял? Исполняй.

Юрий Михайлович погрузился обратно в улей. Генерал-полковник Пронин не понял вообще ничего, но поплёлся исполнять. Выйдя за дверь, он первым делом набрал номер своего первого зама.

— Петрович! Ты знаешь, кто такой Креатив? Нет, имя-фамилия неизвестны, но я так понял, что это оппозиционер какой-то. У меня дела сегодня, а ты найди эту сволочь к вечеру. И конь в пальто Лужку нужен. Найди тоже. Понял? Так, ещё: к следующему Маршу несогласных, который ты организуешь… Да, да, ты. Не Каспарову же это доверять? Вот и я говорю. В общем, на следующий Марш выведешь 5 тысяч наших сотрудников с плакатами вроде «Нам нужна другая Россия», «Е..сь за медвежонка» и так далее. У ребят своих поспрошай, они в курсе, что на плакатах сегодня модные парни пишут. Пойдёте в одной колонне, в центре — Каспаров, Лимонов и ты. По дороге будете отбивать попытки милиции задержать лидеров. Для убедительности можешь сам себя забрать в автозак, потаскав мордой по асфальту. Но это потом. А пока Креатива найди. Выполнять!

Владимир Васильевич Пронин решительно закончил звонок.

Николай Потатуев,
Полит-грамота