О дешевом PR
И маргинальных традициях // Александр Меньшиков
Один из отцов основателей «Public Relations» Филипп Буари выразительно называл свою профессию «стратегией доверия». Когда мы подходим к рассмотрению современной политической ситуации именно с этой точки зрения, то всё встаёт на свои места. Сразу видно, кому у нас доверяют, а кому, мягко говоря, не очень. Тем не менее старательные попытки вызвать интерес к своим «свершениям» толкают политическую оппозицию на откровенно неумелое применение дешёвых PR-инструментов. Лекция окончена — ближе к делу…
Рассекречивать нашистских шпионов во всех без исключения маргинальных компаниях, похоже, стало традицией. Как и публикация их развёрнутых признаний, полных литературных языковых оборотов и художественных тропов. Их что, пытали? А чем, если не секрет? Уж не уроками ли русской словесности? Кому вы, в конце концов, нужны? Кому нужны ваши испуганные одинокие мальчики-пикетёры?
Вторая традиция: названивать лидеру петербургской МГЕР Алексею Цивилёву посреди эфира и жаловаться на «проплаченные» акции. Уймите, пожалуйста, ваши фантазии: вам-то везде деньги мерещатся. Жаль, что в реальной жизни никто и 100 рублей не даст — не отработали.
Ходить на дебаты — традиция третья. Там вас всегда очень много. Не спорю, говорите вы хорошо, гладко так, правдиво, на эмоциональном подъёме. А на самом деле (открою секрет), просто в клубы другого способа попасть нет. Вот и приходится по дебатам шастать. Организуйте промогруппу «Marginal» и снимайте клуб «Underground» хоть на всю ночь. «Солидарность» сойдёт за организаторов — значки уже заказали с фирменным дизайном.
Есть такой комплекс — комплекс неполноценности. Считаю, что традиция беспрестанно постить каждую свою шальную мысль в ЖЖ — его прямое следствие. Для кого пишете? Для таких же! Всё «в своём соку варитесь», а от этого ещё больше замыкаетесь в себе. А следствие — политическая паранойя. Читать, простите, нет ни сил, ни времени, ни желания.
В общем, печально всё это. Доверие надо ещё заработать, а для этого нужно, по меньшей мере, делать хоть что-то. А работать не хочется — хочется тусить и «пиариться», разыгрывая этаких диссидентов. Что вы полезного сделали Дарье Сергеевне из 34-й квартиры? Под окнами транспарантами размахивали. Зачем ей в таком случае вам доверять?
Александр Меньшиков,
ВПП «Единая Россия»,
специально для «Полит-грамоты»
Мне стыдно жить в стране, в которой школьные учителя, директора, завучи (а в большинстве своем избирательные комиссии были составлены из них) участвуют в фальсификациях на выборах. Что делать, если те, кто отвечают за интеллектуальное и моральное развитие наших детей так легко идут на сделку с совестью? Я снова иду наблюдателем — потому что хочу что-то изменить в своей стране. Хотя бы снизу, на своем уровне.
Многие либеральные политики активно говорили о том, что власть «удушила демократию» в нашей стране. Как мы можем видеть по многотысячным выступлениям и демонстрациям — это не так. Уровень гражданского общества и ответственности населения за страну лишь возрос. Владимир Путин пишет, что сегодня наше общество совсем другое, чем в начале 2000-х годов: «Многие люди становятся более обеспеченными, более образованными и более требовательными. Изменившиеся требования к власти, выход среднего класса из узкого мирка строительства собственного благосостояния — это результат наших усилий. Мы на это работали».
Чем интересны все изыскания в философии общества потребления так это в том, что, как правильно замечал Бодрийяр, прочие философы и даже Пелевин, проблема престижности потребления распространяется не только на материальную сферу, но и на духовную. Ты показываешь свой статус не только покупая брендовые вещи, но и транслируя брендовые идеи, доказывая, что твой духовный мир, твое мировосприятие более правильное, модное, престижное, чем у других. Этим можно объяснить и любой так называемый политический спор в ЖЖ, когда как бы «либералы», считающие, пусть и подсознательно, культуру протеста брендовой вещью, которой должны заниматься правильные, хорошие и образованные люди, пытаются унизить остальных, не имеющих желания протестовать.
Прочитав так называемые «Программные требования Движения „Экооборона“ в области экологической политики» я, признаюсь, пришёл в некое замешательство. Во-первых, как таковой экологии в этом документе совсем немного, она скорее выступает фоном для политических требований, а во-вторых, по своей абсурдности некоторые фрагменты этого документа напоминают эпизоды поэмы «Москва-Петушки», где речь идёт об отделении Петушинского уезда от страны и войне с Норвегией. Сама по себе охрана природы для «Экообороны» и лично Евгении Чириковой — лишь повод оказаться на политическом поле, где начинаются уже совсем другие игры.
Есть разные показатели значения городов и стран. Из рекламы прогоревшего банка знаем, что когда у нас отменили крепостное право, в Лондоне открыли первую линию метро. Наиболее продвинулся проект подземной железной дороги в дореволюционной Москве. Петербург часто отставал от других городов в модернизации. Трамваи появились раньше в Киеве, а первый автомобиль — в Одессе. Кажется, Российская империя была менее централизованным государством, чем Советский Союз.
Впервые за почти пять лет руководства администрацией Новгородской области губернатор Сергей Митин пошел на встречу с неформализованной властями общественностью. Думается, понадобилось это отчасти для проформы, отчасти во исполнение совета «московских друзей». Если уж сам Президент с блогерами встречу провел, а национальный лидер взял популярного блогера Бурматова в руководство своего предвыборного штаба, то и временному обладателю самого большого кабинета в доме по адресу Софийская площадь, дом 1, не следует противостоять тенденции. Как говорить с этими людьми, запросто посылающими в сети и чиновников статусом выше, губернатору, впрочем, явно никто не объяснил.
В популярной психологии есть такой термин — бытовой стокгольмский синдром. В основе его лежит попытка понять и оправдать насильника как способ психологической защиты. Яркий тому пример — женщины, годами терпящие рукоприкладствующих и пьющих мужей. Точно так же и у нас — практически все признают, что государство ворует, нарушает все, что только можно, выполняет свои прямые функции либо за дополнительную плату, либо после долгой и упорной борьбы. Но тем не менее, идти на радикальные шаги, пока есть еда, транспорт, тепло и электричество… Нет, это вряд ли