Жил-был Алексей Степанович. Человек он был самый простой: в политику не лез, работу имел легкую и хлебную — в офисе под кондиционером, ужинал вовремя, зимой ставил зимнюю резину, а летом убирал пальто в шкаф. Жаловал Алексей Степанович и прессу, изучал внимательно за ужином, что да как в России, какие реформы провели, чем еще жизнь улучшили благодетели народные. Особенно любил он «Российскую газету». А уж как промелькнет среди строк «Наше государство стабильно движется вперед», так и замирало у него сердце, и растекался по телу приятный покой. Шел Алексей Степанович спать, поворачивался на бок и засыпал легко: «Ну, Слава Богу!»…

И всё бы хорошо, да завелись однажды у него тараканы. Оставил Алексей Петрович как-то вечером на столе селедку недоеденную, приходит на кухню утром — и вот они! Наглые, чернющие, сидят на столе и только усиками перебирают. «Кыш!» — Алексей Степанович замахал руками от неожиданности. Тех как ветром сдуло. Убрал тарелки, а вечером сходил к соседке — за мелком от тараканов. «Этого еще не хватало», — думал расстроенный Алексей Степанович. Взял в руки «Российскую газету» и успокоился: стабильно движемся вперед, как же нет? Зачитался, да так и уснул в кресле.

Но через неделю история повторилась. Заходит Алексей Степанович на кухню и — гляди-ка! — копошатся в углу тараканы еще покрупнее прежнего. Схватил Алексей Степанович любимую «Российскую газету», размахнулся и — хлоп! — но придавить только одного успел, самого ленивого. Как раз где про стабильность писали, жирное черное пятно образовалось. Долго не мог заснуть Алексей Степанович в ту ночь, ворочался с боку на бок, подушку грыз. Всё слышался ему из кухни шорох да шебуршание. Приходит утром завтракать, а там вновь тараканы — только теперь уже размером с откормленную мышь. Попробовал кинуть тапкой — даже не шелохнулись. Алексей Степанович поспешно ретировался и, дрожа, закрыл за собой дверь. К кухне он старался больше не приближаться.

Но есть–то хочется! И на следующее утро видит Алексей Степанович картину: сидят на столе тараканы — гиганты с его «Российской газетой», читают да перешептываются.

— Брысь! — слабым голосом вскрикнул Алексей Степанович и замахал руками.

— Но позвольте, уважаемый! — пропищал самый большой таракан. — Какое право вы имеете нас выгонять?

Алексей Степанович вздрогнул и вцепился руками в шкаф.

— Но это… моя квартира! — наконец выдохнул он.

— Как это ваша? Мы родились здесь и выросли. У нас на эту квартиру не меньше прав. А вы нас тапкой… Это уже, господин хороший, геноцид получается!

Алексей Степанович не нашел, что сказать и пулей вылетел в коридор. Кинулся было к телефону — милицию вызывать, но в памяти вспыхнуло: геноцид. Вспомнил Алексей Степанович, как в «Российской газете» полгода назад о геноциде писали: преступлением назвали, заклеймили позором… Сглотнул подступивший к горлу комок и подумал: «Ну, тараканы… ну что они… не люди, что ли?»

На следующее утро заходит Алексей Степанович и видит: сидят тараканы за его столом, повязав себе воротнички, едят омлет. В одной паре лапок — вилка и нож, в другой — газета, свеженькая, утренняя.

Алексей Степанович икнул и порозовел от возмущения.

— За моим столом?!!

— А что же, уважаемый? Всем кушать хочется. Или у нас с вами права не равные?

— В стране демократия, сударь, — замечает второй таракан и отпиливает ножичком кусок омлета.

И опять задумался Александр Степанович. Ведь ясно же помнит: «Демократия — залог общественного благополучия».

«Что же я, враг государства какой?» — ужаснулся Алексей Степанович. И побрел на работу не евши.

Дальше — больше. Тараканы выросли в человеческий рост, стали пользоваться ванной Алексея Степановича, смотреть телевизор, подстригать усики его ножницами и читать «Российскую газету».

Однажды проснулся Алексей Степанович от жуткого холода. Открыл глаза и понял: лежит он в коридоре, на голом полу перед своей дверью. Подскочил, и давай барабанить в неё изо всех сил.

Открывает ему таракан, в большом купальном халате и его, Алексея Степановича, тапочках.

— Уважаемый, это уже слишком! — укоризненно проговорил таракан. — Если вы и впредь будете порядочных жильцов будить среди ночи, я буду вынужден вызвать милицию…

Алексей Степанович от ужаса не мог ничего выговорить.

— Это моя квартира! — наконец выпалил он.

— Как это ваша? — в тоне слышалось неподдельное удивление.

— Моя! Моя! Моя! — как заведенный повторял Алексей Степанович.

— Ну, хорошо, — смиренно вздохнул таракан, — Пройдемте, сударь, покажите ваши документы на квартиру.

Алексей Степанович бегом кинулся к бюро, открыл ящичек, где у него лежали все квитанции, достал несколько бумажек… Ах! Всё было сгрызено тараканами подчистую. Только виднелись в некоторых местах следы помета.

На пороге комнаты появился второй таракан с кружкой чая в лапках.

— Это черт знает что такое. Просто безобразие, гражданин… — недовольно бурчал он. — Или вы выпивши?

Алексей Степанович ни слова не мог вымолвить, и только таращился круглыми глазами на лежавший сверху листок «Российской газеты», где черным по белому было написано: «Равноправие в обществе ведет нас к стабильности и процветанию».

P.S. Не имею свою целью как-то унизить «Российскую газету». Просто это название пришло в голову первым.

P.P.S. Никакие конкретные лица и исторические события здесь не высмеиваются. Что толку высмеивать следствие, в упор не видя причину?

Леночка Пушкова,
специально для «Полит-грамоты»