Обезьяны с гранатой
Нужны ли в политике квоты для женщин? // Лидия Белькевич
На днях по инициативе Центра содействия демократии и правам человека «Геликс» прошёл семинар «Женщины в российской политике». Интересы прекрасного пола защищали руководитель «Лиги избирательниц Санкт-Петербурга» Татьяна Дорутина и президент фонда «Женщины и политика» Раиса Мордвинова. А стоило ли защищать?..
Сначала Татьяна Дорутина рассказала о ценности женщины как гражданина, об отсутствии в настоящее время интереса женщин к политике из-за грязных PR-технологий, фальсификации выборов, ужесточения законодательства в отношении общественных организаций. Всё это правильно, только вот на каком основании здесь делается акцент именно на дискриминации женщин, осталось непонятным.

Зайки
Можно говорить обо всём перечисленном выше в связи с гражданскими правами вообще, но почему именно «Женщины в российской политике»? Подобные вопросы задавались из зала в течение всего семинара, а вот ответа на них так и не последовало. Из высказываний пришедших на мероприятие стало ясно, что для большинства из присутствовавших (мужчины, к слову, составили около 80% собравшихся) «женщина и политика» вполне совместимы, поэтому им было непонятно, зачем нужна такая формулировка. Сама постановка вопросов «женщины в российской политике», «женщины и политика» подразумевает, что прекрасный пол в политике — нечто из ряда вон выходящее или нелепое, как «мартышка и очки».
Татьяна Дорутина подчеркнула, что неучастие представительниц прекрасного пола в политической жизни страны не просто традиция, а норма, устанавливаемая власть имущими. Руководитель «Лиги избирательниц Санкт-Петербурга» напомнила собравшимся о том, что предложение о введении квоты (чтобы в политических институтах женщин было не менее 30%) давно забыто теми, кто мог его принять. Госпожа Дорутина подытожила своё выступление тем, что в России не будет демократии, «пока не возрастёт политическая активность женщин и не изменится позиция мужчин».

Серьезная женщина
Здесь мне непонятно следующее: женщины и мужчины равны в своих правах как граждане — зачем же тогда вводить квотирование, которое предлагает «Лига избирательниц»? Если представители обоих полов одинаково достойны во всех отношениях, одинаково предрасположены к политической деятельности и одинаково к ней стремятся, то зачем же давать нам фору? Мол, нате, девочки, поиграйте в принятие решений, порезвитесь. Неужели женщины России априори настолько глупее и слабее (не только физически) мужчин, что нам отказывают в способности прийти к власти «естественным» путём? Нет ли двойных стандартов в идее квотирования? Не будут ли эти 30% аналогом кукольных, искусственно создаваемых псевдодемократических структур? На вопрос из зала: «Есть ли исследования, демонстрирующие неудовлетворённую потребность российских женщин быть политиками?» ответа не последовало.
Раиса Мордвинова говорила больше о стереотипах, господствующих в российском обществе. По её мнению, несмотря на то что и в Конституции, и в ФЗ «О политических партиях» прописано равенство возможностей мужчин и женщин для представительства в руководящих органах любого уровня; всё же законодательство настраивает прекрасную половину России «на семью, а не на труд». Всевозможные льготы и компенсации придумываются власть имущими, чтобы «удержать в семье» представительниц слабого пола.
Значительный вклад, по утверждению Раисы Мордвиновой, в создание стереотипов о женщинах-домохозяйках вносят наши СМИ. Председателя фонда «Женщины и политика» возмущает тот факт, что журналы и газеты всегда акцентируют внимание на том, как женщина выглядит, а не на её гражданской позиции. Таким образом, считает госпожа Мордвинова, СМИ навязывают обществу якобы несовместимость женщины и политики. Я поинтересовалась у председателя фонда, приятно ли ей, когда мужчина делает комплимент касательно её внешности, нравится ли ей, когда мужчина открывает перед ней дверь, уступает место в общественном транспорте или помогает нести тяжёлую сумку. Раиса Порфирьевна ответила, что давно не «покупается» на комплименты, а место в транспорте ей не уступают.
Из зала в «поддержку прав женщин» прозвучало высказывание о вине самого русского языка в гендерном неравенстве. Мол, слово «политик» мужского рода. Невольно вспомнился эпизод из фильма «Блондинка в законе», в котором феминистка предлагала заменить «СЕМестр» на «ЯЙЦЕместр»…
По итогам семинара напрашивается вопрос: в чём мы должны стать равными мужчинам, чтобы СМИ и в голову не приходило назвать русскую женщину красивой, а представительницы прекрасного пола были исключительно друзьями и соратниками? Возможно, стоит стать бесполыми существами, дабы уж точно никто из мужчин (при том, что мы и так из демографического кризиса никак выбраться не можем) на нас не «позарился». А мне иногда мужчины уступают место в транспорте, и это, поверьте, приятно.
Лида Белькевич,
специально для «Полит-грамоты»,
фото - «Коммерсантъ»
Мне стыдно жить в стране, в которой школьные учителя, директора, завучи (а в большинстве своем избирательные комиссии были составлены из них) участвуют в фальсификациях на выборах. Что делать, если те, кто отвечают за интеллектуальное и моральное развитие наших детей так легко идут на сделку с совестью? Я снова иду наблюдателем — потому что хочу что-то изменить в своей стране. Хотя бы снизу, на своем уровне.
Многие либеральные политики активно говорили о том, что власть «удушила демократию» в нашей стране. Как мы можем видеть по многотысячным выступлениям и демонстрациям — это не так. Уровень гражданского общества и ответственности населения за страну лишь возрос. Владимир Путин пишет, что сегодня наше общество совсем другое, чем в начале 2000-х годов: «Многие люди становятся более обеспеченными, более образованными и более требовательными. Изменившиеся требования к власти, выход среднего класса из узкого мирка строительства собственного благосостояния — это результат наших усилий. Мы на это работали».
Чем интересны все изыскания в философии общества потребления так это в том, что, как правильно замечал Бодрийяр, прочие философы и даже Пелевин, проблема престижности потребления распространяется не только на материальную сферу, но и на духовную. Ты показываешь свой статус не только покупая брендовые вещи, но и транслируя брендовые идеи, доказывая, что твой духовный мир, твое мировосприятие более правильное, модное, престижное, чем у других. Этим можно объяснить и любой так называемый политический спор в ЖЖ, когда как бы «либералы», считающие, пусть и подсознательно, культуру протеста брендовой вещью, которой должны заниматься правильные, хорошие и образованные люди, пытаются унизить остальных, не имеющих желания протестовать.
Прочитав так называемые «Программные требования Движения „Экооборона“ в области экологической политики» я, признаюсь, пришёл в некое замешательство. Во-первых, как таковой экологии в этом документе совсем немного, она скорее выступает фоном для политических требований, а во-вторых, по своей абсурдности некоторые фрагменты этого документа напоминают эпизоды поэмы «Москва-Петушки», где речь идёт об отделении Петушинского уезда от страны и войне с Норвегией. Сама по себе охрана природы для «Экообороны» и лично Евгении Чириковой — лишь повод оказаться на политическом поле, где начинаются уже совсем другие игры.
Есть разные показатели значения городов и стран. Из рекламы прогоревшего банка знаем, что когда у нас отменили крепостное право, в Лондоне открыли первую линию метро. Наиболее продвинулся проект подземной железной дороги в дореволюционной Москве. Петербург часто отставал от других городов в модернизации. Трамваи появились раньше в Киеве, а первый автомобиль — в Одессе. Кажется, Российская империя была менее централизованным государством, чем Советский Союз.
Впервые за почти пять лет руководства администрацией Новгородской области губернатор Сергей Митин пошел на встречу с неформализованной властями общественностью. Думается, понадобилось это отчасти для проформы, отчасти во исполнение совета «московских друзей». Если уж сам Президент с блогерами встречу провел, а национальный лидер взял популярного блогера Бурматова в руководство своего предвыборного штаба, то и временному обладателю самого большого кабинета в доме по адресу Софийская площадь, дом 1, не следует противостоять тенденции. Как говорить с этими людьми, запросто посылающими в сети и чиновников статусом выше, губернатору, впрочем, явно никто не объяснил.