Есть такое регулярное мероприятие — митинг в защиту 31-й статьи Конституции, провозглашающей свободу собраний граждан. И граждане, регулярно устраивающие такой митинг. То, что митинг требует согласования для обеспечения безопасности участников и других людей, их не интересует. Им наоборот важнее максимальная нелегитимность, тогда движуха становится интереснее. Так даже можно представить себя как «жертву диктаторского режима». С такими мыслями я отправился сам посмотреть на митинг…

Подошёл к плотной группе людей. По редким значкам «31» понял, что попал по назначению. Разочаровало количество пришедших — около сотни или полутора сотен. Моросящий дождь и бегущие одна за одной минуты наводили на мысль о неоконченных делах и желании поесть. Но вдруг началось…

Несколько молодых людей сцепляются локтями и окончательно перегораживают запруженный проход. Несколько недоумевающих прохожих утыкаются в это препятствие, пытаются протиснуться, но их мнение никого из борцов за гражданские права не интересует. Тогда полицейские начинают потихоньку оттеснять всю толпу в переулок и вытаскивать из неё по одному зачинщику. Кто-то всё время подаёт лозунги типа «Россия будет свободной!» и толпа нестройно подхватывает.

Почему-то через метров двадцать полицейские останавливаются.

Группа широко улыбающихся женщин торопливо отходит от небольшой давки. Замечают, что слишком отдалились от основной тусовки, и со смехом, взявшись за руки, поворачивают обратно: «Давай ещё!». Когда полиция снова начинает теснить, они опять торопливо удаляются и подходят посмотреть поближе, когда движение на пару минут прекращается.

Вот один из заводил с довольным выражением лица предлагает своим радостным товарищам: «Давайте здесь встанем, и не пойдём дальше!». Опять затор, опять их теснят и вытаскивают наиболее упирающихся, уводя в автобусы. Кто-то поблизости, но его не видно, высоким голосом предлагает: «А давайте кричать „Долой тандем!“» — и тут же выкрикивает. Возглас подхватывают несколько человек, потом ещё, после пяти-семи повторений энтузиазм постепенно угасает, люди замолкают. Снова выкрик: «Свободу политзаключённым!» — опять громкость растёт, потом спадает.

Вдруг в толпу прямо рядом со мной заходит группа полицейских. Промелькнула мысль: «За мной!». Но уводят кого-то из заводил в специальный автобус. Те же развесёлые женщины присоединяются к общему крику: «Позор! Позор!», а потом — уже между собой — делятся впечатлениями: «Что-то они сегодня хорошие такие… Приятно даже… Да, это они перед выборами так…»

От мысли, что по ошибке или нарочно могли задержать меня, накатывает чувство растерянности, опасности и, одновременно с этим, азарта. Это чувство приятно. Я поражён собственной реакции. Понимаю, что меня начинает увлекать игра «подразни полицию». И это не зависит от моих убеждений! У меня же глубоко укоренившееся убеждение, что это мероприятие — обычная политическая игра под названием «Борьба с режимом и его невинные жертвы». Но одно дело — длинные, сложные рациональные конструкции, другое — эмоции. Эмоции действуют прямо, сметая объяснения и игнорируя доказательства.

Решаю чуть отойти от основной группы, метров на 15. Рядом на крылечке встают сутулый парень с детским лицом и две девчушки лет по 18-19. На лицах улыбки. Парень делится наблюдением с подругами: «Похоже, из нашей группы только нас троих и не взяли!» Одна из девчонок радостно подпрыгивает, поднимая руки вверх: «Вау! Ура!» Вторая только широко улыбается.

В этот момент азарт сменился глубоким удивлением: «Когда же начнётся борьба? Неужели вот так это и происходит?» И на фоне этого удивления, наконец, приходит понимание: многие из этих людей лишь думают, что «борются». Но их основной интерес — тусовка. Просто тусовка: развесёлая, азартная, романтическая, с привкусом безопасной «опасности» и, может, ощущением значимости, причастности к «большим делам».

Опять кто-то организует затор, опять теснят, кого-то полицейские уводят, опять кричалки… Становится скучно. Подобное настроение у многих. Они уходят. Пошёл за ними и я.
Отходя, наблюдаю занимательную картину. Те ребята, которые не пускали прохожих, сцепившись локтями, стоят кружочком вокруг одного из них и разглядывают на фотоаппарате сделанные кадры. Находят себя, радуются, если удачно они получились на «фотках». Один восклицает: «Ещё! Ещё! Я тоже хочу прикольную фотку на фоне ментов!!» Ему отвечают «У тебя есть уже с прошлого раза, нормально получился».

Вот девочки фотографируются на фоне полицейского автобуса, а потом весело комментируют то, что получилось. Им хорошо, вечер удался.

Со многими из тех, кого описываю, удалось перекинуться парой фраз. И со стороны, и при личном контакте эти люди показались вполне обыкновенными: и не герои, и не монстры. Кое-кто даже обаятелен в своей непосредственности получения удовольствия от происходящего.

На следующий день Лимонов — один из организаторов и идейных вдохновителей мероприятия назовёт его «лобовым принципиальным противостоянием власти и граждан» и «принципиальным вызовом власти от общества». Ещё он напишет: «…фактически происходит каждый раз реальное объединение сил, то объединение, о котором нас просят, умоляют люди вот уже десятилетие, объединение без партий, объединение надпартийное, объединение не идеологическое, но физическое и духовное».

Может, Лимонов где-то в своих фантазиях увидел и вызов, и противостояние, и объединение сил, и тех, кто «их» об этом просил и умолял. Писатель как-никак: богатое воображение.

А так, если по факту: имела место тематическая тусовка с элементами мелкого хулиганства. С «прикольными фотками», которые можно показать друзьям. С приятным утомлением, помогающим быстро и сладко уснуть. С благодатной темой для разговоров и самоутверждения перед своим окружением.

Только боюсь я последствий таких бездумных тусовок, слишком часто в нашем мире заканчивающихся государственными переворотами и «гуманитарными бомбёжками». А самое страшное, что начинается это всё с «прикольных фоток».

Константин Шадров, Москва,
специально для «Полит-грамоты»