Россия, вперёд…
// Елизавета Александрова
В африканских племенах бездарных правителей приносили в жертву. В неофеодальной России правители приносят в жертву народ. Российская власть — «вещь в себе»: для себя живёт, в угоду себе правит, а получив ядерную державу, оставит после себя лапотную деревню.
РУССКАЯ ПРАВДА
История повторяется в виде фарса. Как будто спектакль о царской России исполняют дурные комедианты. Духовенство словно сошло с антиклерикальных агиток, а российская глубинка — со страниц бунинской «Деревни», безумной, пьяной и забитой. «Элита» передаёт место под солнцем по наследству, а бизнес стал привилегированным, как купечество до революции. Семейная клановость сегодня — норма, в массовом сознании укоренилось, что сын политика — политик, сын промышленника — промышленник, сын режиссёра — режиссёр. «Не родись красивой, а родись со связями» — гласит современная поговорка. Россия большая, а уместилась в кармане. Олигархи держат в руках ресурсы нашей страны, но живут в других. Как и русские промышленники в XIX веке, они скупают в Европе острова и особняки, а советские санатории превращают в поместья, пряча их за высокими заборами и законами о частной собственности. Когда одни примеряют на себя дворянские одежды, другим остаётся холопский кафтан. Кто богаче, берёт славянскую прислугу, «средний класс» довольствуется азиатской. Рабы из бывших братских республик нанимаются целыми семьями, вместе с детьми. Как скоро в Россию вернётся крепостное право?
Законы принимаются в интересах тех, кто их принимает. Крупные PR-компании в списке услуг открыто указывают «лоббирование законопроектов» и «изменения в законодательстве». Человеческая жизнь не стоит и ломанного гроша, а что позволено «Единой России», не позволено России остальной. Уголовный кодекс — для народа, а для членов партии власти — «Русская правда», по которой убийство холопа не преступление. Это в СССР люди были «винтиками системы», в современной России мы — лишние детали.
Промышленность лежит на боку, зато работает фабрика звёзд, а культ личности сменился культом сомнительных личностей. Всё держится на трёх китах: дебилизации населения, углеводородном топливе и бешеной пропаганде. Кремлёвские обещания, как прогнозы Гидрометцентра — сулят хорошее, но никогда не сбываются.
Беспризорники, сироты, бомжи — власть открестилась от всего, призывая нищее население заняться благотворительностью, предоставляя самим тащить себя из болота за волосы. Но тогда зачем нужна эта власть?
ТВАРЬ Я ДРОЖАЩАЯ ИЛИ МНЕНИЕ ИМЕЮ?
У каждой эпохи свой цвет. У царской России голубой — цвет морей и неба, к которому воздевали руки крепостные. У Советского Союза — красный, цвет революции, цвет войны. Российская Федерация серая, как мысли, скроенные по телевизионному лекалу.
У сельской пенсионерки мизерная пенсия, которая едва покрывает коммунальные платежи. До вечера она работает в огороде, чтобы кормиться воскресным рынком, на котором с утра занимает место. На выборах голосовала за Медведева. Спрашиваю: «Нравится власть?» «Кровопийцы!» «Зачем же голосовала?» «По телевизору сказали…»
С каждым годом выборы становятся всё абсурднее. Сначала вычеркнули графу «против всех», потом убрали лишних кандидатов. На выборах-2012 в бюллетенях будет одна фамилия? А по телевизору скажут, что демократический выбор — это прийти и поставить «галку». И придут. И поставят. Психиатры считают, что внушению больше подвержены алкоголики, наркоманы, люди малообразованные, депрессивные, уставшие. Ни эта ли гамма превалирует в современной России? Вот недавний разговор в духе Чеховских фельетонов. «Вы в церковь ходите?» «Я не верю». «Я тоже, но в церковь хожу, — и, отвешивая поясной поклон перед храмом, — и на купола крещусь». Чужая душа потёмки, а русская — мрак кромешный.
Национальным праздником стал «День народного единства». Бомжей с олигархами? А что объединяет в России всех? Пир во время чумы? Подвиг во имя будущих поколений сегодня отнесён в разряд психиатрии, идею всеобщего благоденствия сменила идеология личного потребления. Это раньше жили так, чтобы помнили другие, теперь — чтобы было, что вспомнить.
Под моими окнами по московской улице проезжал кортеж. «На обочину, суки!» — раздавалось из «громкоговорителя». Автомобилисты, как тараканы, забились по краям дороги. В центре столицы депутат припарковался посреди проспекта, перекрыв движение, и все терпеливо ждали, пока он вернётся. Вместо пастуха в стаде баранов степняки держат козла: бараны во всём ему послушны. Это ли не аллегория России? Не впору ли задаться вопросом: «Тварь я дрожащая или мнение имею?»
В доме моего прадеда устраивались чаепития. Но под видом гостей собирались члены революционного подполья. За это приговаривали к Сибири, а у прадеда было четверо детей. Сегодня «протестующий электорат» предпочитает ток-шоу, убеждённый, что его хата с краю. Но не обнаружит ли он вскоре, что она стоит на чужой земле?
ПОЗИЦИЯ ОППОЗИЦИИ
Перечитываю биографии народовольцев: повешена, расстрелян, замучен в каземате… Раньше оппозиционер ассоциировался с подпольщиком, сегодня он фигура публичная. А ради карьеры жизнью не рискуют. Наша оппозиция сетует на жёсткие законы. На то, что в Конституции не прописано право на бунт? А в 1881 законы были мягче? А в 1917? Очевидно, оппозиционным движениям не до борьбы, они следуют заповеди «Плодитесь и размножайтесь», так что организаций скоро станет больше, чем активистов. Не говоря уж о бесчисленных междусобойчиках тех «лидеров», которые, словно птенцы из гнезда, только вчера выпали из кремлёвской кормушки. Надо признать, что боевиков в современной России нет, а мягкотелых инакомыслящих сослали в Интернет. В виртуальном мире бунты тоже виртуальные.
Метод разрушения опасных движений давно известен. Участники делятся на радикалов, середняков и авантюристов. Последних покупают. С середняками идут на диалог, как в недавнем случае с Калашниковым. Оставшихся в крохотном меньшинстве радикалов, как змею, у которой вырвали ядовитые зубы, используют для демонстрации плюрализма.
Предложение одеть рабов в одинаковые одежды, чтобы отличать от свободных, было отвергнуто римским сенатом: «Тогда они увидят, сколь немногочисленны мы». В современной России оплот власти составляет долю процента, а остальные — оппозиция, но вместо объединения оппозиционеры делят шкуру неубитого медведя. Складывается впечатление, что позиция оппозиции сегодня допускается любая. Главное, чтобы власть была сверху. Это Русь была птицей-тройкой, Россия — автобус, ползущий к обрыву. Одни, плюща нос о стекло, любуются пейзажами, другие тянут «застольную», третьи спят. А кондуктор исправно собирает деньги. Россия, вперёд!
Елизавета Александрова,
«Полит-грамота»
Любое движение со временем окостеневает и переходит в свою противоположность. А когда выдыхается идея, включается административный ресурс. Похоже, и сегодня энтузиастов и романтиков эпохи «развитого социализма», искавших истину в вере, сменили чиновники от религии. В православную партию хлынули толпы успешных, нагревших руки на катастрофе 90-х: приватизировав земное, они хотят приватизировать и небеса. Ничего нового. В миниатюре повторилась вся история христианства: религия угнетённых стала религией угнетателей.
— Ну, давай, рассказывай, как дела, — надкусив гамбургер, смотрят в рот. 
